cvetok

Как я изучала французский язык

Любовь к Франции и французскому языку вспыхнула во мне с первого взгляда – а точнее, с первой книги. Это был роман «Три мушкетера», который мне дали почитать, когда я училась в пятом классе. Прочитав книгу за трое суток, я была в таком восторге, что стала пытаться изучать французские слова. Но учебников тогда было не найти. Моим единственным учебным пособием оказался «Атлас мира», в котором я с упоением читала названия городов Франции: Оррррлеаннн, Алансоннн, Боррррдо…

Все мои друзья изучали в школе английский. Однажды к нам во двор радостно вбежала девочка с соседней улицы: «А у нас сегодня урока французского не было! Ура! Учительница заболела». «Ты учишь французский?» – с изумлением спросила я. «Да». Эту светловолосую девочку в голубой куртке я помню до сих пор. Мне показалось, что это ангел сошел с небес на землю. Она учит французский… Но меня поразило – как можно радоваться, что не было урока французского! КАК МОЖНО РАДОВАТЬСЯ, ЧТО НЕ БЫЛО УРОКА ФРАНЦУЗСКОГО!!!

Когда я училась в десятом классе, я разыскала в городской библиотеке «Самоучитель французского языка». Счастью моему не было предела! Пока другие десятиклассники готовились к выпускным экзаменам или бегали на дискотеки – я учила французский. К учебнику не были приложены кассеты с произношением, но была подробно описана артикуляция. Правила чтения оказались весьма непростыми. Например, знаменитое «Мерси боку!», которое пел М.Боярский в фильме о мушкетерах, пишется вот так: Merci beaucoup. Однажды я рассказала нашему соседу о своих занятиях. Он знал французский и сказал мне: «Ну-ка, прочитай какой-нибудь текст». Я прочитала. Сосед был изумлен: «Отличное произношение, ни одной ошибки!»

Я занималась французским с таким же фанатизмом, с которым в восьмилетнем возрасте играла по нотам музыкальные пьесы на нарисованной фортепианной клавиатуре, разложенной на подоконнике. Через два года таких музыкальных занятий родители купили мне пианино и записали в музыкальную школу.

На этот раз усилия тоже не пропали даром. На филологическом факультете МГУ меня сначала определили в английскую группу, поскольку в школе я изучала английский. Но в первый же день учебы, во время общей лекции для всего курса, я случайно услышала разговор двух наших студенток: «Представляешь? Я училась в специализированной французской школе. Меня записали во французскую группу – а она оказалась для начинающих. Что мне там делать?»

Я тут же предложила ей: «Давай поменяемся! Я очень хочу во французскую группу!» Мы пошли в учебную часть, и меня записали вместо этой девушки. А ее в дальнейшем определили в немецкую группу, которую организовали для начинающих.

Группы были небольшими, 10 – 12 человек. Каждая группа имела свой номер, к которому добавлялось название изучаемого иностранного языка. Первые пять групп были «английскими». Я училась в «6-й французской».

На территории Университета недалеко от нашего факультета стояла какая-то странная телефонная будка с надписью Information. И каждый раз, проходя мимо нее, я машинально читала: «информэйшн». Но когда я однажды прочитала эту надпись как «энформасьон», то поняла, что окончательно перешла с английского на французский.

Примерно через два месяца учебы мне довелось пообщаться с французом. Дело было так. Мы с подругами отправились в кафе «Шоколадница». Там подавали вкуснейшие блинчики с шоколадной начинкой! Но советский сервис не отличался изысканностью – за столик обычно подсаживали посторонних людей, поскольку мест для всех желающих не хватало. Вот и к нам подсадили молодого парня. Этот черноглазый молодой человек, к нашему изумлению, оказался французом! По-русски он не говорил. Поскольку из нашей девичьей компании я единственная училась во французской группе, то мне пришлось быть переводчиком. Выяснилось, что парень живет под Парижем («Ух ты, под Парижем!» – восхитились мы). Молодой француз сообщил, что у него есть лишний пригласительный билет на киносеанс, который состоится сегодня во французском посольстве, и что он хотел бы пригласить кого-нибудь из нас.

Девушки командировали меня. В полупустом зале уже шел фильм. Фильм оказался документальным, почти без слов. Сначала куда-то долго-долго скакал табун лошадей. Потом показали старого крестьянина в соломенной шляпе, который что-то рассказывал. Опять лошади. Потом гуси, коровы и свиньи… Молодой француз, видимо, был родом из деревни и сильно устал от жизни в Москве. При виде лошадей он очень оживился, а при виде свиней даже стал радостно похрюкивать!

Я слегка оторопела. Мало того, что я впервые в жизни видела настоящего француза, но увидеть хрюкающего француза – пожалуй, для меня было чересчур много впечатлений за один день!

После сеанса молодой человек проводил меня до метро. В общежитии меня ждали заинтригованные подруги: «Ну, как?» «Ну, что я могу вам сказать? Оказывается, если француз живет под Парижем (près de Paris) – это совсем не то же самое, что в Париже (à Paris)!»

 

Автор: Светлана Стрельникова
Источник: http://strelnikova.lv
В случае копирования гиперссылка на источник обязательна